Кратко

  • В примере RFC 1015 учёному, которого финансирует NSF, нужен суперкомпьютер NSF в университете, уже подключённом через сеть NASA. Межведомственное соединение должно было избавить университет от отдельного доступа к NSFnet ради этой задачи.
  • Предложение оставляло агентствам управление собственными сетями и правилами доступа, а общие шлюзы и службы передавало независимой организации IRIO. На 1987 финансовый год общие эксплуатационные расходы оценивались в 10 миллионов долларов; это была смета проекта.

Грант меняет ведомство, университет остаётся на месте. Именно на этом несоответствии строится пример Барри М. Лайнера из RFC 1015, опубликованного в июле 1987 года. Исследователи, получающие финансирование NASA, уже пользуются сетью NASA в одном университете. Их коллеге, работающему на средства NSF, требуется суперкомпьютер NSF. Вариант с отдельным подключением кампуса к NSFnet технически понятен. Но куда разумнее дать существующим сетям возможность обмениваться трафиком, сохранив необходимые разрешения на доступ.

В RFC это учебный пример, а не хроника конкретного учёного или подсчитанная экономия уже состоявшегося проекта. Он показывает, как граница между бюджетами может превратиться в лишнюю физическую границу на территории университета. Федеральные агентства строили исследовательские сети для собственных задач. Между некоторыми сетями возникали неформальные связи, однако их было недостаточно для устойчивого общего сервиса, которым могли бы пользоваться уполномоченные исследователи.

Лайнер назвал предлагаемую систему Interagency Research Internet, или IRI. Её технический каркас составляли IP-шлюзы между транзитными сетями агентств. Сначала инженерам предстояло определить места установки шлюзов и необходимую пропускную способность. При необходимости можно было создать и совместные транзитные сегменты. Так из существующих сетей складывалась общая виртуальная сеть. Для учёного результат выглядел бы проще всей схемы: из своего университета он получал рабочий маршрут к ресурсу, которым ему разрешено пользоваться.

Наличие маршрута, однако, не заменяло решение о допуске. Агентства сохраняли контроль над своими сетями; администрация IRI обычно не получала власти внутри сети отдельного ведомства. Контроль доступа, защита частной информации и учёт использования входили в технические требования. Общий коридор можно содержать совместно, но ключи от кабинетов остаются у тех, кто за них отвечает.

Для содержания этого коридора Лайнер предложил независимую некоммерческую Interagency Research Internet Organization — IRIO. Она заключала бы договоры на проектирование, эксплуатацию, обслуживание и поддержку пользователей общей инфраструктуры. Совет по политике состоял бы из представителей финансирующих агентств; председательство переходило бы от одного к другому. Технический консультативный совет учитывал бы мнение инженеров, подключённых сетей и научных пользователей. Директор IRIO одновременно исполнял бы обязанности руководителя при совете по политике.

Поддержка пользователей тоже имела два уровня. Местные специалисты обычно принимали бы первые обращения: они знают лаборатории, компьютеры и людей. IRIO координировала бы помощь там, где проблема относится к общей инфраструктуре. На сетевой схеме эту работу трудно нарисовать изящной стрелкой, зато во время сбоя именно она решает, сколько часов исследователь будет объяснять разным службам, что у него не открывается нужный ресурс.

Финансовую сторону автор прописал столь же подробно. Сначала каждое участвующее агентство вносило бы равную долю на общую эксплуатацию. Позднее долю можно было бы соотносить с числом пользователей, объёмом трафика и характером поддержки. Одно агентство держало бы контракт с IRIO и получало межведомственные переводы, но какое именно, документ ещё не определял. Исследовательские расходы оставались в собственных бюджетах агентств; их программы требовалось согласовывать, а не складывать в одну кассу.

Таблица в RFC оценивала общие эксплуатационные затраты IRI на 1987 финансовый год в 10 миллионов долларов: 2 миллиона капитальных расходов и 8 миллионов на эксплуатацию и обслуживание. На 1988 год приходилось ещё 10 миллионов, затем 11 миллионов в 1989-м, 12 миллионов в 1990-м и 13 миллионов в 1991-м. Отдельная оценка исследовательских расходов на 1987 год составляла 4 миллиона. Это прогнозы в долларах той эпохи, а не отчёт об уплаченных суммах. В эксплуатационную смету не входили собственные сети агентств.

Отказ от второго университетского подключения не превращал всю систему в бесплатную: общие шлюзы, договоры и поддержка также требовали денег.

Поэтому организационная схема занимала в проекте не меньше места, чем техническая. Шлюзу нужно выбрать площадку и мощность, затем обеспечить эксплуатацию и ремонт. Пользователям нужна помощь, финансирующим сторонам — понятные правила распределения затрат. IRIO отвечала бы за общую часть, агентства — за свои участки и разрешения. Совет финансирующих организаций определял бы направление, технический совет проверял бы его на практике. Кабель можно протянуть однажды; сервис требует постоянного владельца задачи.

RFC 1015 называл себя документом с идеями и приглашал к обсуждению. Его бюджет, организация и сеть были предложением. Чтобы установить, какие элементы позднее заработали, понадобились бы датированные перечни оборудования, контракты, переводы средств и записи об успешном доступе пользователей. Но даже в стадии проекта ясно, что Лайнер сформулировал важную административную сторону интернета: соединение сетей требует соглашения о работе на их стыке.

В университете из примера не следовало строить новую сетевую дверь при каждом изменении букв на гранте. Следовало создать общую дорогу между уже существующими сетями и договориться, кому оплачивать её содержание. Лишний провод — удачная шутка для заголовка. Дежурный, бюджет и ответственность за общий участок — серьёзная часть истории.