Кратко

  • С 2000 года до середины 2002-го в Восточном Тиморе работали три интернет-шлюза для разных групп: системы ООН, проекта развития ПРООН и Telstra. По данным правительства страны, коммерчески работал только шлюз Telstra.
  • Это число описывает разделение услуг и клиентов, а не трёх общедоступных провайдеров или три доказанно независимых международных маршрута. Контракт июля 2002 года включал коммерческий шлюз Timor Telecom; организации ООН сохранили внутренние услуги.

Подключение учреждения ещё не означало, что жители могли оформить такую же услугу. Послевоенную сеть Восточного Тимора лучше рассматривать через границы сервисов: число шлюзов отражало разные задачи, круги клиентов и источники финансирования. В презентации апреля 2006 года Министерство транспорта и коммуникаций Восточного Тимора описало три шлюза за период с 2000 года до середины 2002-го: для системы ООН, проекта ПРООН Internet Network for Development и Telstra. У каждого была своя группа клиентов; коммерческим был только шлюз Telstra. Несколько учреждений могли выйти в Интернет до появления единого розничного рынка. (Министерство транспорта и коммуникаций Восточного Тимора, «Internet & Intranet Services in Timor-Leste», 2006)

Первое разделение объяснялось административной задачей. После разрушений 1999 года Временная администрация ООН в Восточном Тиморе (UNTAET) должна была связать разбросанные по территории офисы. Резолюция о создании UNTAET определила её полномочия и роль в восстановлении, но не описывает топологию сети. В документе министерства сказано, что при отсутствии коммуникационной инфраструктуры администрации пришлось создавать систему связи между своими офисами. В ноябре 2000 года ПРООН запустила проект доступа в Интернет для госадминистрации, организаций гражданского общества, дипломатических миссий и некоторых учреждений ООН. После завершения проекта приобретённое оборудование планировалось передать правительству. У проекта развития с заданной аудиторией не было мандата на всеобщий доступ. (Совет Безопасности ООН, SC/6745, 25 октября 1999 года; Министерство транспорта и коммуникаций, 2006)

Источники расходятся в датировке начала проекта. Министерство относит его запуск к ноябрю 2000 года, тогда как руководитель проекта датирует первое подключение 2 февраля того же года. Возможно, речь о разных этапах, но документы не объясняют расхождение; последовательность остаётся неустановленной.

Отчёт руководителя проекта ПРООН Майкла Мвауры, архивированный Network Startup Resource Center в августе 2002 года, подробнее описывает сервис. В нём первая интернет-связь проекта датирована 2 февраля 2000 года; сначала к ней подключили учреждения ООН в том же здании. Скорость канала составляла 64 Кбит/с, а в апреле её повысили до 128 Кбит/с. Позже проект предоставлял прямое подключение, беспроводной доступ, выделенные линии с дозвоном и индивидуальный коммутируемый доступ. Ежемесячная плата зависела от клиента и услуги; у агентств ООН в штаб-квартире ООН был отдельный тариф для прямого доступа. По мере роста проекта расширялись и пропускная способность, и набор вариантов подключения. (Проект интернет-связи ПРООН в Восточном Тиморе, архив NSRC, 13 августа 2002 года)

Данные о скорости за май 2001 года расходятся по направлению. В отчёте Мвауры указано 512 Кбит/с на отдачу и 128 Кбит/с на приём; глава о Восточном Тиморе в Digital Review of Asia Pacific за 2003/2004 годы приводит 128 Кбит/с на отдачу и 512 Кбит/с на приём. Не следует сводить версии к одному точному значению. Оба источника подтверждают рост с первоначальных 64 Кбит/с и модернизацию в 2001 году, но имеющиеся документы не позволяют установить направление асимметричного канала. (Отчёт проекта ПРООН; Digital Review of Asia Pacific 2003/2004)

Роль Telstra была иной: министерство называет её шлюз единственным коммерческим в тот период. В июле 2002 года Timor Telecom выиграла международный конкурс по модели «строительство — эксплуатация — передача»; договор включал управление коммерческим интернет-шлюзом страны. Это меняло будущего оператора коммерческого доступа, но не доказывает, что ведомственные сети сразу объединились. По тому же документу министерства, офисы ООН и некоторые дипломатические миссии оставили внутренние шлюзы, используя Telstra как резерв. (Министерство транспорта и коммуникаций, 2006)

Хронологию часто сводят к одной дате «первого подключения к Интернету», хотя документы описывают разные масштабы. 2 февраля 2000 года — дата подключения проекта ПРООН; описание министерства охватывает три шлюза и разные группы клиентов до середины 2002-го. Ни один источник не устанавливает, когда доступ появился у всех учреждений, компаний или домохозяйств. Число шлюзов отражает разделение услуг, а не три независимых подводных кабеля и не национальный охват.

Контракт 2002 года делает Timor Telecom частью этой истории. В текущем справочнике BTW существует профиль компании; историческое подтверждение уже: документ министерства говорит, что договор включал коммерческий шлюз. Передача операционной функции не доказывает, что внутренние услуги, общедоступный доступ и физический транспорт стали единой системой. (Профиль Timor Telecom, SA в справочнике; Министерство транспорта и коммуникаций, 2006)

Единицей исторического анализа должен быть не «выход страны в Интернет», а услуга и её клиенты. UNTAET требовалась административная связь; проект ПРООН организовал институциональный и развивающий доступ по собственным тарифам; Telstra управляла коммерческим шлюзом. Передача 2002 года сменила коммерческого оператора. Чёткие границы не дают принять подключение одного учреждения за всеобщий публичный доступ, а число организационных шлюзов — за разнообразие физических маршрутов.

Источники