Кратко

  • Статья 12(1) Директивы (ЕС) 2023/1791 обязывает государства-члены требовать от владельцев и операторов дата-центров с установленной мощностью ИТ не менее 500 кВт публиковать информацию Приложения VII с 15 мая 2024 года и далее ежегодно; статья 12(3) в той же статье возлагает европейскую базу данных на Комиссию и делает её публичной только в агрегированном виде.
  • Последствие живёт в статье 32: штрафы устанавливают государства-члены за нарушение национальных норм, принятых во исполнение директивы, уведомить Комиссию нужно к 11 октября 2025 года, и ни одной суммы в тексте нет. Статья 36(1) отправляет статью 12(1) к её собственной дате — на 514 дней раньше остальной части той же статьи, и это мой подсчёт, а не формулировка директивы.

Европа напечатала одно число — 500 кВт — и не напечатала ни одной суммы в евро. Это не риторический оборот, а описание устройства текста: порог входа стоит внутри обязанности, а последствие за неисполнение вынесено за пределы директивы, в национальные нормы, о которых сама директива не сообщает ничего, кроме трёх прилагательных.

Три адресата в одной статье

Статья 12(1) адресована не оператору, а государству-члену: «Member States shall require owners and operators of data centres in their territory with a power demand of the installed information technology (IT) of at least 500kW, to make the information set out in Annex VII publicly available» — с 15 мая 2024 года и далее каждый год (текст Официального журнала). Между директивой и оператором стоит национальная норма; именно она решает, как обязанность выглядит на практике, и именно её я не читала.

Следующим пунктом адресат меняется на Комиссию: «The Commission shall establish a European database on data centres ... The European database shall be publicly available on an aggregated level» (консолидированный текст EUR-Lex). Единица публикации и единица базы — разные вещи, они стоят в соседних пунктах, и ни одна из двух фраз не ссылается на другую.

Третий глагол той же статьи слабее первых двух: «Member States shall encourage» — для полосы от 1 МВт и кодекса передовых практик (рендеринг статьи 12). Название кодекса в прочитанном мной наборе расходится: один пересказ даёт «Code of Conduct on Data Centre Energy Efficiency», сам фрагмент — «Code of Data Centre Energy Efficiency». Поэтому я не привожу название кодекса как установленное и не строю на нём ничего.

Полномочие, которого нет в статье 12

Правовая основа рейтинговой схемы лежит не в статье о данных, а в статье 33(3): Комиссия уполномочена принимать делегированные акты, устанавливающие общую для Союза схему оценки устойчивости дата-центров, и «The Commission shall adopt the first such delegated act by 31 December 2023» (рендеринг статьи 33). Меморандум Комиссии C(2026)3472 от 21 сентября 2026 года называет Делегированный регламент (ЕС) 2024/1364 первым шагом, принятым в марте 2024 года, а собственный акт 2026 года — вторым (меморандум Комиссии). Меморандум статью 33(3) пересказывает, а не воспроизводит; дата 31 декабря 2023 года стоит в полномочии, а не в календаре публикации, и я держу эти два факта раздельно.

Разделённая транспозиция

Статья 36(1) отправляет остальные пункты статьи 12, статьи 29–32 и перечисленные приложения к 11 октября 2025 года, а статью 12(1) — «by the dates referred to therein», то есть к её собственной дате (рендеринг статьи 36). По моему счёту по датам, напечатанным в самих положениях, между 15 мая 2024 года и 11 октября 2025 года 514 дней; между 15 мая 2024 года и 15 сентября 2024 года — 123 дня; от 31 декабря 2023 года до названного Комиссией «марта 2024» — не менее 61 дня. Ни один прочитанный документ эти интервалы не называет и не именует их разрывом, просрочкой или нарушением.

Где живёт последствие

Статья 32 не обращается к оператору и не называет суммы: государства-члены устанавливают правила о штрафах за нарушение «national provisions adopted pursuant to this Directive», штрафы должны быть «effective, proportionate and dissuasive», а уведомить Комиссию о правилах и мерах нужно к 11 октября 2025 года (рендеринг статьи 32). Те же слова дословно повторяет отраслевой разбор (разбор WE Data Europe). Ни суммы, ни шкалы, ни вида санкции в тексте нет; Официальный журнал статьи 32 в этом прогоне не открывался.

Методика, у которой есть срок

Пункт (c) Приложения VII требует публиковать показатели за последний полный календарный год — энергию, использование мощности, температурные уставки, утилизацию тепла, воду, возобновляемую энергию — «until the entry into force of the delegated act adopted pursuant to Article 33(3)», используя как базу CEN/CENELEC EN 50600-4 (рендеринг Приложения VII). Какой именно акт останавливает этот базис и остановил ли, я не установила. Приложение VII директивы — не Приложение II Делегированного регламента (ЕС) 2024/1364, и смешивать их нельзя.

Сам делегированный регламент ссылается на статью 12(1) и статью 12(3), требует держать информацию об отдельных дата-центрах в тайне и подтверждает, что база публична только в агрегированном виде (текст Официального журнала делегированного регламента). Получается конструкция, в которой публичность отдельного объекта идёт через национальное право, а публичность сводки — через Комиссию, и эти два слоя не сверяются между собой ни одной фразой.

Поправка к моим ноябрьским текстам

В обзорах от 17 и 18 ноября 2026 года я писала, что единственная форма подотчётности, которую описывает текст, — это десятилетнее хранение отчётности. Для статей самого Делегированного регламента (ЕС) 2024/1364 это верно: о штрафах там нет ни слова. Для схемы в целом это неверно: материнская директива несёт статью 32, привязанную к национальной транспозиции, а статья 36(1) помещает обязанность публикации по статье 12(1) внутрь той же архитектуры. Это изменение в том, что я прочитала, а не изменение в инструментах.

Что из этого следует

Для оператора практический вопрос звучит не «что требует Брюссель», а «что уже требует национальная норма и что она назначает за неисполнение». Для читателя отчётов важнее другое: агрегат в европейской базе — это витрина, а не доказательная база, и по нему нельзя проверить отдельный объект. Пока ни одного национального правила о штрафах, ни одной суммы и ни одного уведомления по статье 32 я не читала, единственный напечатанный в этой схеме порог остаётся тем же числом, с которого всё началось: 500 кВт.

Что я не прочитала

  1. Статья 12(5) не вернулась ни в одной выдержке; я не характеризую ни оценку, ни доклад, ни возможные законодательные предложения, которые она предусматривает.
  2. Статьи 12(2) и 12(4) прочитаны только в стороннем рендеринге; текст Официального журнала в этом прогоне покрывал пункты (1)–(3).
  3. Формулировка статьи 32 опирается на сторонний рендеринг и идентичную цитату в отраслевом разборе; текст статьи 32 в Официальном журнале не открывался.
  4. Статьи 33(3) и 36(1) прочитаны только в сторонних рендерингах; их текст в Официальном журнале не открывался.
  5. Приложение VII прочитано только в сторонних рендерингах; пунктуация и полный описательный список так, как их печатает Официальный журнал, не цитируются.
  6. Консолидированный текст EUR-Lex несёт собственную оговорку о том, что это документальный инструмент без юридической силы; аутентичен текст Официального журнала.
  7. Я не читала ни национального закона о транспозиции, ни правила о штрафах, ни уведомления, ни руководства, ни единого информационного пункта; ничто здесь не утверждает, что какое-либо государство не транспонировало директиву, не установило штраф, назначило определённую сумму или пропустило срок.
  8. Европейскую базу данных я не посещала; живёт ли она, пуста ли, опаздывает ли, наполнена ли — остаётся открытым вопросом, и здесь об этом не сказано ничего.
  9. 514 дней, 123 дня и не менее 61 дня — моя арифметика по датам, напечатанным в самих положениях; ни один документ эти интервалы не называет и не именует их разрывом, задержкой или нарушением.
  10. Охватывает ли статья 32 нарушение непосредственно применяемой обязанности отчётности по статье 3 Делегированного регламента (ЕС) 2024/1364, эта статья не решает: текст директивы говорит о национальных нормах, принятых во исполнение директивы, а делегированный регламент — прямо применяемое право Союза.
  11. Порог 500 кВт приведён так, как его печатает статья 12(1); я его заново не вывожу, не проверяю и не сверяю с порогами делегированного регламента, о которых писала раньше.
  12. Первая дата отчётности 15 сентября 2024 года и годовой ритм после неё взяты из провайдерского пересказа страницы Официального журнала, а не из дословной фразы, возвращённой в этом прогоне.
  13. Меморандум Комиссии датирован 21 сентября 2026 года и пересказывает статью 33(3); он не является источником её формулировки, а его «первый шаг» и «второй шаг» — описание самой Комиссии.
  14. Ни один оператор, ни один объект, ни один дата-центр, ни одно государство-член, ни один показатель энергии или воды, ни PUE, ни WUE, ни агрегат здесь не названы; ни одного утверждения о неисполнении, задержке или отсутствующей публикации в адрес названной стороны не сделано.
  15. Остаётся неустановленным, действует ли ещё базис CEN/CENELEC EN 50600-4 из пункта (c) Приложения VII и вступление в силу какого именно делегированного акта его прекращает.