Кратко

  • В июне 2014 года владельцы семи решений по делам о терроризме направили ICANN writs и subpoenas в отношении .ir, .sy, .kp, интернационализированных ccTLD и сведений о поддерживающих IP-адресах.
  • Окружной суд признал эти ccTLD недоступными для ареста по праву District of Columbia, поскольку они неотделимы от продолжающихся услуг. Суд отдельно указал, что не отрицает возможность считать ccTLD собственностью в ином контексте.
  • D.C. Circuit подтвердил результат по ограниченным основаниям: требования Weinstein, Haim I и Stern были полностью forfeited. Для четырёх сохранившихся решений суд допустил, не решая, наличие собственности и государственной доли, а затем применил §1610(g)(3) для защиты третьих лиц.

Почему техническая возможность альтернативного корня важна

Кредиторы хотели получить управление .ir, а затем продать или лицензировать его оператору. Если бы изменение официального root автоматически связывало все сети и передавало все данные, схема напоминала бы обычную продажу актива.

Но DNS допускала иной ответ. Провайдер за пределами США мог продолжить использовать прежние серверы, а государство могло предписать своим ISP обращаться к другой версии корня. Тогда одинаковое имя в разных сетях вело бы к разным адресам. Возможность такого расхождения не делала влияние ICANN мнимым; наоборот, показывала его источник. Общая root имела ценность благодаря network effects и совместимости, а не потому, что один юридический титул принуждал каждый resolver.

Суд рассматривал эту возможность как практический предел американского приказа. Он не утверждал, что альтернативный корень желателен, стабилен или неизбежен.

Что именно было направлено ICANN

Кредиторы представляли жертв нападений и семьи погибших. С 2002 по 2012 год семь групп получили решения на сотни миллионов долларов против Ирана, Сирии или Северной Кореи. 23–24 июня 2014 года они вручили ICANN семь writs of attachment и документарные subpoenas.

В состав целей входили национальные домены на латинице и в интернационализированной форме, а также “supporting IP addresses”. Первый Schedule A требовал договоры и переписку о якобы выделенных, лицензированных, уступленных или переданных Ирану правах на TLD и IP-адреса, сведения о платежах и контактах.

Формулировка запроса не доказывала существование таких прав. ICANN заявила, что не должна государствам, не хранит их goods, chattels или credits и не имеет соглашений либо взносов от менеджеров .ir, .sy и .kp. Motion to quash и декларации фиксируют позицию ICANN. Их ссылки на community, trust и stability должны оставаться атрибутированными.

Пять разных рычагов

Апелляционное решение описало историческую цепочку 2014 года. ICANN проверяла запрос о delegation или redelegation и рекомендовала. U.S. Department of Commerce разрешал. Verisign вносила изменение в root zone. Правительство США назвало свой шаг “largely symbolic”, то есть проверкой процедуры и технических ошибок. Это оценка amicus; формальный акт разрешения оставался частью цепи.

Менеджер ccTLD управлял авторитетными серверами и хранил данные регистраций второго уровня. Сети выбирали, какому корню следовать. Таким образом, рекомендация, разрешение, публикация, хранение реестра и сетевое принятие принадлежали разным субъектам.

RFC 1591 называл менеджера trustee для страны и мировой Internet community, требовал компетентности, равного обслуживания и согласия заинтересованных сторон, а разговор о “rights” и “ownership” считал неуместным. Это Informational RFC, а не стандарт, закон о собственности или всемирная доверенность. Он описывает служебную обязанность, но не устанавливает представительство отсутствующих пользователей.

Решение первой инстанции осталось узким

10 ноября 2014 года судья Royce C. Lamberth отменил writs на основании Rule 69 и D.C. Code §16-544. Местная норма разрешала арест goods, chattels и credits должника. По аналогии с делом Virginia о доменном имени суд посчитал, что ccTLD нельзя отделить от услуг менеджера и участников root zone, которые делают домен рабочим. Garnishment не мог вставить кредиторов в продолжающееся операционное отношение.

В сноске 2 суд ограничил вывод. Недоступность для ареста по этой схеме не означала, что ccTLD никогда не может быть property. Дополнительный discovery был отклонён как moot, поскольку местное основание уже решало спор.

D.C. Circuit выразил сомнение в этом маршруте через местное право. Для дальнейшего анализа он предположил, что оно не мешает кредиторам, и перешёл к федеральным ограничениям. Универсального правила о собственности не возникло.

Процессуальная карта важнее названия дела

Объединённое дело называется Weinstein, однако требование Weinstein не дошло до финального анализа. Weinstein, Haim I и Stern были вынесены по прежнему §1605(a)(7) и не преобразованы в решения по §1605A. Их попытки исполнения суд назвал forfeited in toto.

Haim II, Rubin, Wyatt и Calderon-Cardona сохранили только исключение о терроризме в §1610(g). Теория commercial activity была forfeited, TRIA не заявлялся внизу, доводы об IP-адресах были waived в апелляции. Решение ничего не установило о собственности на IP-ресурсы.

Только для четырёх оставшихся решений суд сделал два аналитических допущения в пользу кредиторов: ccTLD являются property, а государства имеют некоторый доступный для ареста ownership interest. Оба вопроса он прямо оставил нерешёнными.

Root pointer не переносил registry

После этих допущений §1610(g)(3) позволил защитить интерес лица, не отвечающего по первоначальному делу. D.C. Circuit увидел огромные интересы третьих лиц и не нашёл исполнения без их ущемления.

Изменение root указывало бы на нового оператора, но не передавало базу зарегистрированных имён. Действующий зарубежный менеджер держал данные. У американского суда не было очевидного способа заставить его отдать их. Без базы существующие сайты и адреса могли перестать разрешаться. Даже компетентный преемник начинал бы без необходимого ledger.

ICANN и США описывали split root как катастрофу для стабильности и multistakeholder model. Суд специально отметил, что ему не требуется решать, точен ли “doomsday scenario”. Интерес самой ICANN как третьего лица, не несущего ответственности по решениям, был достаточен. Затем суд объяснил, почему принудительное изменение могло побудить сети отвернуться от существующей root.

Это не судебное подтверждение любого заявления о стабильности. Это ограниченное применение нормы о третьих лицах.

Кто платил и кто выигрывал

Кредиторы несли задержку взыскания и расходы на процесс; суммы неизвестны. ICANN несла расходы на ответ и защиту. Менеджерам грозили замена и требование данных. Регистранты и пользователи рисковали потерей разрешения, несовместимостью и миграцией. Решение сохранило их работу и роль ICANN; как следствие, государства-должники избежали этого пути исполнения.

Lock-in складывался из контрактов, публикации root, внешнего хранения данных и network effects. Альтернативный корень оставался технически возможным, но дорогим. Власть ICANN была практической и существенной, однако не равнялась собственности или безусловному мандату.

Узкий контрфактический путь искал бы отделимое, подтверждённое денежное требование или платёж государства у достижимого garnishee. Материалы не показывают, что оно существовало. Любая смена менеджера потребовала бы аутентифицированного escrow реестра, независимой проверки компетентности, сохранения имён, учёта поддержки и возражений, поэтапного тестирования и rollback. Меры непрерывности не создают судебных полномочий, которых закон не дал.

Для держателей номерных ресурсов это урок архитектуры, не права собственности. Запись реестра, юридический титул, криптографическое утверждение, рабочая база и принятие маршрутизаторами или resolver — разные объекты. Нужно разделять того, кто решает спор, подписывает, публикует, хранит ledger и поддерживает сервис. Защита ledger не требует бессрочной защиты gatekeeper. Community, consensus, stewardship и stability необходимо проверять по источнику полномочий и распределению затрат.

Источники